LOGIN

LIFE

Красота спасет мир!

Настоящий денди с внешностью Сержа Гинсбура, философ по образованию, Оливье Зам все последнее десятилетие соблазняет модный мир откровенными фотосессиями и не менее откровенными интервью на страницах своего журнала Purple Fashion.

Даша Шаповалова узнала у самого модного ценителя искусства и самого адекватного фэшн-редактора, за что он любит женщин и чем мода отличается от искусства.

С Оливье мы встретились в Париже в Purple Institute. Первое, что бросается в глаза, когда заходишь в его рабочий кабинет, — это столик под стеллажами с книгами, где вперемешку лежат сигареты, с десяток парфюмов, упаковки аспирина и фотоаппарат. На столе у Оливье лежит благодарственное письмо от Карла Лагерфельда. Что там написано размашистым почерком Кайзера, я, конечно, не позволяю себе прочесть.

О месте работы: «Институт Purple — фундамент моей деятельности. Он создан для того, чтобы постоянно изучать модную индустрию, ведь самые интересные вещи никогда не лежат на поверхности — их нужно искать, исследовать, открывать и даже иногда создавать. Институт для этого — лучшее место».

Зачем был нужен Purple Fashion Magazine: «Когда я встретил свою девушку Эллен, мы решили создать журнал, который бы отвечал на главные вопросы нашего поколения. Мне тогда было под тридцать — возраст, когда пора расставлять приоритеты. На границе восьмидесятых и девяностых это было необходимо. Вообще, между этими двумя десятилетиями существовал серьезный разрыв. Разница между девяностыми и двухтысячными cкорее календарная, она больше выражается в количестве информации. Девяностые принесли с собой глобальные изменения в характере и перспективах медиа. Понадобилось издание, которое бы грамотно отражало эти изменения и формировало новый образ поколения. Таким изданием мы сделали Purple Magazine».

О связи моды с искусством: «Недавно на обложке нашего журнала была Летиция Каста на фоне скульптур Майоля. Это было сделано для того, чтобы сравнить стереотипы женских фигур его времени и наших дней. Связь искусства и моды — это бесконечный диалог, конфликтный и гармоничный одновременно. Они — как одна семья. Искусство для моды — как старший брат со всей своей глубиной и концептуальностью, а мода — его поверхностная сестра».

О блоге: «Поначалу я себя в интернете чувствовал очень неловко: не знал, о чем писать. Поэтому и решил просто завести себе дневник, где бы рассказывал о простых событиях своей жизни: будь-то поход на выставку или модный показ. Читатели Purple Diary — те, кто хочет быть со мной в данный момент. Таких набирается порядка двадцати тысяч в день. Тираж журнала – шестьдесят тысяч копий в квартал».

О личном пространстве: «Когда становишься публичным человеком, тебя постоянно останавливают на улице, хотят сфотографировать. Пока что я играю с этим, то приближая, то отдаляя людей. Как далеко я могу зайти в этой игре? Грань между публичной и личной жизнями понемногу стирается, даже несмотря на то, что я всегда стараюсь их четко размежевывать. Именно из-за этого пострадал Гальяно — был ли тот разговор в кафе «Ла Перль» публичным или частным? Вышло так, что Джона засняли на видео и выложили эту запись в интернет — разговор стал публичным и вызвал столько негодования».

О сексуальности: «В нашем журнале присутствует обнаженность — но только потому, что в Purple мы исследуем женскую красоту. Это маниакальное желание добраться до ее сути, исследуя одежду, тело, макияж, обувь, мебель, пейзажи — мы одержимы красотой. Мода с этого начиналась, мода этим и закончится — нет ничего красивее женского тела. Ни один дизайнер не будет настолько могущественным и убедительным, как природа, его создавшая».

Зачем нужны журналы: «Журналы не созданы для того, чтоб в них что-либо оспаривали. Они просто дают возможность и доступ к новому видению красоты и стиля».

Vogue.ru, purple.fr

February 01, 2012

keywords: , ,

printe-mailshare

advertisement