LOGIN

ART

Бокс. Возвращение тела

На выставке «Аnatomia. Мужчынскае цела» общую концепцию павильона Алены Протасевич, Владимира Парфенка и Ольги Рыбчинской «Бокс. Возвращение тела» определяет текст Дмитрия Рагеля.

Предлагаем вам онлайн-версию этого рассказа, который периодически материализуется в павильоне на Некрасова, 3 на листах бумаги.

13183237_82893Фото: Дина Данилович

 

maravilla

Меня как-то спросили о том, как чувствуешь себя, когда тебе сломали нос. Несмотря на довольно долгие раздумья, я не смог ответить ничего вразумительного. Помню, что была кровь, она шла очень сильно, так сильно, что невозможно было закончить бой, вата становилась красной и непригодной для дальнейшей остановки носового кровотечения. Я точно помню, как через какое-то время приехал в городскую клиническую больницу для того, чтоб записаться на операцию по выравниванию перегородки и оказался третьим в очереди из таких же боксеров. Консультации были долгими и у нас было время для разговора, товарищи по несчастью очень удивились моему желанию, я просто пришел, чтоб устранить кривизну без каких-то серьезных причин, в то время, как один из них мог дышать только одной правой ноздрей, а у второго получалось дышать обеими, но во время бега или быстрого шага ему приходилось дышать только ртом, его не раз перебитый нос не справлялся с потоками требуемого организму для функционирования воздуха во время повышенной физической активности. На операцию я записался, но не явился, решил, что выровняю как-нибудь потом, когда закончу боксировать, во время активных тренировок – это не имеет ни малейшего смысла.

Боксом же бросать заниматься я не собираюсь. Вернее, наступит день, когда я, конечно же, закончу выходить в ринг, но у меня есть цель, к которой я иду во многом помимо своей воли, без нее мою жизнь нельзя будет назвать полноценным и законченным проектом.

После того, как я расскажу о сути моей жизни, как проекта, возможно, я не буду понят правильно, но это не так уж важно, по той простой причине, что движение к намеченным ориентирам, какими бы странными они не казались, меняет меня, мои поступки и мое окружение самым неожиданным образом.

Все началось с того, что мои родители в 2005 году сменили место жительства, мы переехали в новую квартиру, я начал жить и учиться в спальном районе на окраине Минска. Я много читал и, в общем-то, был интровертом, по этой причине у меня не получается заводить быстро знакомства, вернее, не получается заводить их вообще. По этой простой причине у меня не получилось стать своим в крайне агрессивной внешней среде, долгое время мне приходилось смиренно терпеть насмешки и пинки со стороны крайне необразованной и, прямо скажем, туповатой и деградирующей районной элиты. Спустя какое-то время у них даже стало правилом оскорбление или какой-нибудь жест, унижающий мое человеческое достоинство. У каждого явления, эмоции, состояния бывает свой предел, когда оно проходит свою критическую точку, точку после которой что-то меняется и больше никогда не будет прежним.

Так было и в моем случае, в один прекрасный момент, когда какой-то крупногабаритный люмпен в присутствии девушки ударил меня ногой под зад, что-то переключилось. В моей голове раздался щелчок, и пришло понимание, что дальнейшая жизнь в сложившихся условиях просто лишена смысла и внешние обстоятельства явно, таким образом, намекают на перемены, мне необходимо действовать. Перемена длилась доли секунды, но после снизошедшего озарения, мое мироощущение изменилось. Стало совершенно очевидным, что передо мной стоит обычное здоровое, морально убогое быдло, которое необходимо истреблять. Все остальное не имело значения, в этом заключалась моя миссия. Я совершенно спокойно поставил свою сумку с вещами на землю и ударил быка в лицо, так сильно, как только мог. Далее последовал какой-то несвязанный набор образов, которые распадались то на желтые, то на синие квадраты, а потом снова воссоединялись.

Сотрясение было закономерным исходом – это стоило просто принять. Долгое время я провел дома, пытаясь до конца осмыслить собственную миссию, а также тот факт, что был совершенно не готов к ее реализации. Я давно перешагнул тот возрастной предел, не достигнув которого мог начать успешно заниматься каким-либо видом спорта на соревновательной основе, а, как и с чего начать я абсолютно не знал, если честно говорить, то был в полной растерянности. Это противоречие подтолкнуло меня к усиленным поискам ответа. Часами, просиживая за компьютером, я искал информацию о единоборствах, бойцах, методиках тренировок, но все было тщетно.

Насмешки не прекратились, в некоторых случаях они стали крайне вызывающими, но за время, проведенное в стенах собственной квартиры я дал себе обещание, несмотря ни на что, бить в морду своих обидчиков. От этого нельзя было отступать, только данная линия поведения могла привести к требуемым результатам. Побои были регулярными, но нет худа без добра – благодаря этому, мне необходимо было тренироваться, подбирать методики тренировок, что-то пробовать и применять. Через какое-то время большая часть тупых маргиналов начала опасаться иметь со мной дело. Безусловно, это была победа, мне необходимо было идти дальше. В то же время, для меня стал очевиден тот факт, что самостоятельные занятия имели свой предел, для дальнейшего прогресса мне был нужен тренер. После недолгих поисков мы договорились с бывшим боксером, у которого был небольшой зал, в нем он тренировал юниоров. К счастью, мой тренер был увлечен своим видом спорта, он много рассказывал, а также рекомендовал различные ролики для просмотра, видя, как я живо интересуюсь делом, которому он посвятил свою жизнь.

Бокс показался мне очень благородным единоборством, довольно существенным элементом противостояния боксеров в ринге оказалась стратегия. Мой наставник всегда говорил, что бить можно любого соперника, просто необходимо его точно просчитать и определиться со стилем боя. Стиль победы для каждого противника индивидуален, но для победы, в любом случае, необходимо иметь холодную расчетливую голову и сердце льва. Он любил приводить примеры бойцов прошлого, которые боксировали голыми кулаками многие десятки раундов, а после этого на следующий день, как ни в чем не бывало, работали бухгалтерами, журналистами, рабочими.

Первый выход в ринг – серьезное испытание, я сильно волновался и не мог унять дрожь в коленях. Парень-разрядник уложил меня довольно быстро, несмотря на тысячи нырков, уклонов, прямых, хуков, выброшенных за все часы, проведенные перед зеркалом и в ограниченном пространстве около мешка. Когда встал, я не увидел ни малейшего сожаления в глазах окружающих. Тренер только заметил, что у меня нет стиля и понимания того, на что делать ставку в бою. Кроме этого, у меня нет чувства ринга, динамики передвижений и только после того, когда это придет, у меня начнет что-то получаться. Шли месяцы, в течение которых меня неизменно били, по этой причине, мне каждый раз мне приходилось заставлять себя идти в зал и выходить в ринг, несмотря на страх и предчувствие поражений. Желаемого результата не было, победы не приходили, я был близок к отчаянию.

В один из вечеров, просматривая боксерские поединки на youtube, я обратил внимание на аргентинца, который был внешне чем-то похож на меня, он не был атлетом и не выделялся ростом и прочей антропометрией. Его стиль бокса был довольно необычным – он много двигался и довольно неожиданно наносил очень скоростные удары, которые умело маскировал, что приводило к неизменным победам над самыми серьезными соперниками. Серхио Габриель Мартинес начал очень поздно заниматься боксом, причиной стали проблемы в обыденной жизни, ему надо было защищать себя и свое имущество. Упорные тренировки и особый зрелищный стиль привели его к безусловному доминированию в среднем весе. Его манера ведения поединков была настолько увлекательной, а сам он настолько харизматичным, что я нехотя начал копировать его движения, удары, передвижения. Помимо этого начал читать о его тренировочном процессе, условиях работы в зале, я очень скрупулёзно относился к повторению времени и количеству тренировок, режиму сна, питания, упражнениям. Первая победа пришла через несколько месяцев, и если честно, мне до сих пор не совсем понятен тот удар, но мой соперник упал.

Мне приходилось очень стараться, чтобы не потерять эту нить, которая вела меня к успеху, поэтому необходимо было копировать все детали, которые могли быть важными – одежду, манеру улыбаться, манеру бокса в правосторонней стойке, рацион питания, высказывания. Все эти мелочи давали мне более полную картину – они приводили в порядок мой процесс мышления, ко мне приходила логика и стиль чемпиона с бесстрашным сердцем.

Примерно через год, я понял, что совершенно не испытываю ни малейших эмоций, когда выхожу в ринг, кто бы передо мной не стоял. Даже если передо мной находился крупный и очень умелый оппонент, мой мозг просто начал предлагать варианты ведения боя, например, сначала держать дистанцию и чередовать удары по корпусу с ударами по голове или наоборот входить в ближний бой, в конечном итоге смекалка приводила к победе. Речи о проблемах с уличными маргиналами уже давно не шло, все инциденты были исчерпаны, даже не могу сейчас вспомнить последний конфликт в ареале моего проживания.

Мое исследование привычек Серхио привело к серьезным успехам, в конечном итоге мне предложили боксировать на довольно серьезных вечерах бокса за деньги. Я соглашался, но старался выбирать даты боя близкие к датам поединков аргентинского боксера, затем старался отслеживать новости о сроках его тренировочных лагерей, режиме питания, спаррингах. На пресс-конференциях, мне приходилось излучать отработанное перед зеркалом аргентинское обаяние, шутить о непринужденной манере ведения поединков и неизменно одевать костюм-тройку, который в наших условиях, конечно же, смотрелся немного странно. Серхио Габриель Мартинес все больше и больше входил в мою жизнь, но грех было жаловаться, это приводило к вполне ощутимым и серьезным результатам – ни одного проигранного боя от бывшей уличной жертвы, пара малозначимых титулов местного значения и заработки, которые позволяли обеспечить собственное проживание. Все шло своим чередом, я планомерно двигался к конечной цели своего проекта – обретению величия воина и, за счет этого, преодолению своей никчемной человеческой натуры.

В какой-то момент времени у меня начало болеть колено, но я долгое время не обращал на нее внимания, она усиливалась и не уходила. Визит к врачу и последующие исследования не выявили никаких патологий, в то же время, проблема с коленом очень мешала тренироваться. Мне рекомендовали на какое-то время прекратить тренировки. 20 ноября 2010 года во время боя Серхио с Полом Уильямсом я обратил внимание на наколенник на его правой ноге. Потом прочел о разрыве связок и поврежденном мениске во время боя с Антонио Маргарито. Пришлось постараться, чтобы найти полные сведения о медикаментах и специальном режиме тренировок аргентинца, но все это действительно помогало, тем не менее, каждый бой приносил мне страдания.

В конечном итоге мною было принято решение об окончании карьеры, потому что боксировать становилось все сложнее. Решение далось мне нелегко. Жизнь после бокса казалась серой и лишенной особого смысла. Недели тянулись долго, заработанных денег мне должно было хватить на время, которое, как мне казалось, было достаточным для самоопределения. В одну из ночей я проснулся от боли, она была острой, пронизывающей и проходила где-то под ребрами, кроме этого некоторые болезненные очаги словно мигрировали по моему телу. Уснуть получилось только под утро. Днем, я обнаружил синяки и кровоподтеки на лице. Острая боль в колене вернулась, в сложившейся ситуации не надо было ничего понимать и объяснять – это было очень странно, но с другой стороны, чего я еще хотел?

Ночью в Нью Джерси Серхио Мартинес провел бой с англичанином Дарреном Баркером. Просматривая видеозапись боя, я четко понял картинку, все задумки, чувствовал каждый пропущенный удар, понимал все финты и мог предугадать движения аргентинца. Сомнений быть не могло, безусловно, я – это он, не могло быть ни малейших сомнений в том, что я – это Серхио Габриель Мартинес. Мы стали единым целым. Стало совершенно очевидным то, что у меня не оставалось выбора, я должен был продолжать боксировать до тех пор, пока чемпион из Аргентины не закончит свою карьеру.

Никто особо не удивился моему возвращению, закончить с боксом довольно сложно и каждый более или менее состоявшийся боксер рано или поздно возвращается в спортивный зал для того, чтоб хоть как-то иметь отношения к любимому спорту. Возвращение началось с боя с тенью, потом лапы, мешки, мне необходимо было понять уровень своих кондиций после некоторого перерыва. Моя спортивная форма не была оптимальной, но через пару месяцев она должна была восстановиться. Мне предложили провести бой 17 марта с довольно опытным соперником, в этот день Серхио должен был встретиться с Мэтью Маклином и я охотно ответил согласием.

Подготовка прошла в обычном режиме, я без особых усилий уложился в лимит веса, я заметил, что мой соперник, когда уставал, немного опускал правую руку, а также не любил бой на ближней дистанции – в этом я видел свой вполне ощутимый победный шанс.

Программа вечера была долгой, я успел побоксировать несколько раундов с тенью, пробить пару комбинаций, после чего вышел в ринг спокойным и разогретым. Я начал уверенно, оппонент довольно молодой парень с самого начала не успевал за мной, он пытался работать сериями, и бить по корпусу, чтоб хоть как-то меня замедлить, но мы с Серхио Мартинесом улыбались в ответ на все уловки противника, мы постоянно смещались в сторону подальше от сильной руки, как бы закручивая соперника, он бежал следом, отчаянно пытаясь нас достать, но мы с аргентинцем разгадывали и уходили с линии его атак, сами же начинали то с левой, то с правой, если надо было, мы меняли ритм, взвинчивали темп, он пропускал, чемпион улыбался своей латиноамериканской улыбкой, я точно понимал, что мы его нокаутируем, но Серхио всегда в душе был коммерсантом, ему необходимо было шоу для привлечения внимания публики и рекламодателей, Мартинес кружил и пробивал комбинации, чередуя удары в голову и корпус, потом я его поймал на отходе и улыбнулся, потом неожиданно пропустил сам, но это нисколько меня не озадачило, умудренный опытом действующий чемпион снова улыбнулся и посмотрел на трибуны, помахал кому-то рукой, ни кому-то конкретному, а, скорее, просто, бравируя, шел седьмой раунд, колено давало о себе знать, я принял решение заканчивать с Маклином, рекламные деньги были отработаны, с нарастающей болью в колене было все сложнее финтить и передвигаться, совершенно очевидно, что англичанин был непрост, но он, как правило, пропускал правый боковой, он, бывало его не замечал, колено, надо что-то делать с коленом, оно сводит меня с ума, надо заканчивать, необходимо просто выбрать позицию, чтоб плотно его достать, Мэтью Маклин настырный, неуступчивый боец, он ничего просто так не отдает, мне надо просто его достать, сейчас выйду, немного в сторону, покажу левый, правой в корпус, пропустил, неплохо, сейчас в сторону, сейчас еще немного левый, правый, снова правый в корпус, отход, провалил, сейчас сразу же в бороду, попал! Gotcha! Gotcha! Tengo! Se acabó! Todo era, este es el final, es claro que no se elevará. Sí, al final, el tiempo para mí para terminar, estas peleas están a mi cada vez más difícil. Es hora de descansar, todas estas lesiones me está volviendo loco, incluso un par de peleas. Fue una época gloriosa. El boxeo me ha dado todo lo que tengo y estoy agradecido con él, pero no puede durar para siempre. Pare en el tiempo – también es un arte. Ahora gracias a la audiencia, disfrutar, desafían. y luego a casa a descansar, duermo un año y nunca ascensiones, relajarse y verter sobre y sin pasillo, no hay nada. Los diez, que no se levantó. Gracias! Te amo. Era fácil, yo soy el mejor del planeta, estoy listo para cualquier persona con cualquier caja que vienen contra mí en el ring, nadie tiene una oportunidad contra Sergio Gabriel Martínes! Boxing que la vida! Gracias!

Дмитрий Рагель

IMG_2176

IMG_2172

IMG_2174

135992_59709

July 06, 2016

keywords: , , ,

printe-mailshare

advertisement